Далекое детство.

Далекое детство.

Итак, прошло уже 23 года с того дня, как наивный Ови Кинтобор испытал на себе нрав стража-Ехидны. Он ничуть не сожалел о своей встрече: вернувшись домой, Ови с упоением рассказывал о ней своим родителям и даже огорчился, посчитав, что из всего путешествия и отец, и мать заметили только его травмированную руку.
Мы жили в небольшом доме на тихой Кариотовой улице в Файнне-Орэ, куда в 58-м  переехали из Маритимы. Я не помню ни дня когда тепло и спокойствие, царившее в нашей семье, действительно ставилось под угрозу — дорого оно досталось моим родителям в годы их молодости. Они оставили пережитое позади ради того, чтобы подарить мне светлое, радостное детство, полное увлечений и открытий, чтобы подарить мне цель всей жизни. Не знаю, кем бы стал я, не будь их поддержки в дни моих поисков, и их строгости – в дни моих заблуждений. Они научили меня видеть жизнь без предрассудков, радоваться и ценить ее, они показали мне путь к новым открытиям и знаниям, дали силы для того, чтобы идти по нему свободно и уверенно. Они не ставили целью растить преемника своих начинаний, но разве смог бы ребенок устоять перед всем величием и разнообразием технологий, когда они так тесно вплетены в жизнь его семьи? Мать работала инженером-конструктором, отец преподавал математику и электротехнику, в этой среде они и встретили друг друга, Брина Фейгель и Джакоб Роботник.
Многое я могу вспомнить здесь из ранних своих лет: о юности, о детстве, что улыбается из прошлого ярким, летним солнцем. Но важнее, пожалуй, рассказать о человеке, который так и остался в тени, отвернувшись его лучей. Долгое время я не находил этому объяснений. В моей юности был период, когда я принял эту тень за свет, который ведет меня, и мои родители не пытались огородить меня от этого, зная, что впоследствии я сам приду к правде.
Человеком, оставшимся в тени, был мой дедушка, Джеральд Роботник.

Реклама